Привычка любителей сладкого принимать поспешные решения кроется вовсе не в желании получить все сию же минуту, а в банальном неприятии неизвестности. К такому выводу пришли специалисты Высшей школы экономики. Как рассказали в пресс-службе университета, это открытие способно повысить эффективность лечения различных зависимостей.
В психологии важным маркером самоконтроля выступает импульсивный выбор — ситуация, когда человек соглашается на малую, но мгновенную выгоду, отказываясь от более крупной награды в будущем. Прошлые научные работы уже фиксировали такую склонность у людей, остро реагирующих на поощрения. Однако мотивы подобного поведения долгое время оставались загадкой. Чтобы разобраться в проблеме, сотрудники Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ решили рассмотреть ее через призму тяги к десертам.
К экспериментам привлекли 149 молодых людей. Сперва их протестировали с помощью стандартизированного опросника, чтобы разделить на две группы. В первую попали истинные сладкоежки, выбирающие максимально концентрированный раствор сахарозы, во вторую — равнодушные к сахару участники. Затем добровольцам предложили серию заданий на оценку импульсивности и готовности рисковать: им предстояло делать выбор между крупными и мелкими вознаграждениями, которые выдавались либо сразу, либо с задержкой.
Тестирование показало, что поклонники сладкого заметно чаще забирали скромную, но гарантированную сумму прямо сейчас. Однако картина кардинально менялась, когда ожидания требовали оба варианта — в таких условиях эта группа без проблем соглашалась потерпеть ради большего куша. Как только авторы эксперимента учли индивидуальный фактор избегания риска, мнимая торопливость сладкоежек сошла на нет. Выяснилось, что они забирают приз моментально не из-за неумения ждать, а чтобы защитить себя от любой неопределенности, связанной с отложенной выплатой.
«Мы привыкли думать об импульсивности как о неспособности откладывать удовольствие. Однако наши данные указывают на иной механизм: за выбором меньшего немедленного вознаграждения может стоять стремление избежать неопределенности», — пояснила первый автор исследования, стажер-исследователь Центра нейроэкономики и когнитивных исследований ИКН НИУ ВШЭ Анна Давидович.
Ученые полагают, что выявленный эффект тесно связан с работой опиоидной системы головного мозга. В обозримом будущем исследователи намерены детально изучить этот механизм с применением технологии ЭЭГ.